Время в биологии и искусстве

.

Если существует бесконечно много миров, то должны существовать все возможные комбинации событий… Следовательно, где-то все должно быть верно… Где-то должна быть вселенная, в которой Гекльберри Финн – реальное лицо, проделывающее в точности то, что он проделывал в романе Марка Твена. Более того, существует бесконечно много миров, в которых Гекльберри Финн проделывает все возможные вариации того, что Марк Твен мог бы заставить его проделывать в своем романе… И в бесконечно многих мирах условия существования таковы, что у нас нет ни слов, чтобы описать их, ни сил, чтобы мысленно представить их себе.
Ф. Браун. Что за безумный мир


Существуют еще и очень странные результаты восприятия длительности событий человеческой психикой. Ведь у человека как бы два времени – неравномерное внутреннее, управляющее процессами в его организме, и абсолютное внешнее, измеряемое разными электронными и механическими часами.
Если немного поразмыслить над природой внутреннего времени, то окажется, что оно также распадается еще на два – биологическое и психическое. Биологическое время тесно связано с ритмами жизнедеятельности любого организма. Это легко проверить, прикоснувшись к пульсу на руке. Чем медленнее протекают жизненно важные процессы, тем реже бьется пульс, отражающий сердечный ритм, замедляется ток крови и работа головного мозга – человек, да и любой другой высший организм, впадает в сон.
Биологическое время может замедляться в широких пределах от сонливого состояния до полного анабиоза – пока еще фантастического состояния с очень редким сердечным ритмом. Время организма может и резко ускоряться в моменты сильного возбуждения. При этом в кровь начинает поступать адреналин – гормон мозгового вещества надпочечников. Адреналин участвует в реализации реакций типа «бей или беги», его выброс происходит при ощущении опасности, тревоге, страхе, травмах и шоковых состояниях.
Психическое время – это наше субъективное восприятие длительности чего-либо. Оно, конечно же, связано с биологическим временем, но связь эта довольно сложная и далеко неоднозначная. Так, длительный сон может психологически восприниматься, как одно мгновение, а неприятная медицинская процедура, кажется, длится целую вечность. Нам часто кажется, что в период мучительного ожидания чего-либо время просто «останавливается» – и наоборот, «пролетает» в радостных событиях.
Есть в психологии восприятия времени и очень необычные эффекты. К примеру, это происходит, когда во время сильнейшего эмоционального взрыва бурные потоки внутренних времен встречаются и как бы останавливают восприятие окружающего мира. Психологи знают много подобных случаев, да и автору в детстве «посчастливилось» побывать в подобной ситуации.

В те далекие времена любимой забавой крымской детворы был спуск на очень высокой скорости по крутым дорожным серпантинам. В качестве средства передвижения мы использовали далеких предков современных скейтов – дощатые доски с роликами из подшипников. Как-то раз, разогнавшись до совершенно немыслимой скорости, наш караван встретил вынырнувший из-за крутого поворота грузовик. Кто-то успел затормозить, кто-то слетел на обочину, а моя доска катила прямо под колеса машины. В последний момент мне все же удалось каким-то чудом отвернуть от надвигающейся машины, и мой самокат, столкнувшись с бордюрным камнем, воспарил над придорожными кустами. Взлетев в воздух, я ощутил не страх, а совершенно неописуемое состояние какого-то лихорадочного восторга. Вблизи застыл грузовик с перекошенной маской ужаса и ярости физиономией водителя в окне, у обочины превратились в статуи с поднятыми руками и открытыми ртами мои приятели, вдали блестела бирюза моря, а подо мной, как на сильно замедленной съемке, поворачивалась земля с кустами ежевики.
Сколько для меня длилось такое необычное состояние полета, сказать трудно, но точно не мгновения, ведь я успел зачем-то прочитать номер машины (мы тогда любили играть в отгадывание номеров), заметил, что у моего друга раскололась пополам доска, а недалеко от моего носа парит серый богомол. Я даже успел с сожалением подумать о том, что моя доска тоже наверняка расколется от удара и мне не удастся поймать редкого серого богомола, между которыми мы устраивали гладиаторские поединки. Затем что-то как будто «щелкнуло», и время приобрело свой обычный ход, мгновенно забросив меня в колючие кусты ежевики….
Повзрослев, я часто вспоминал свой чудесный полет в замедленном времени, и сейчас мне кажется, что секунды объективного полета при этом превратились где-то в «психологическую» минуту.
Наша экскурсия в загадочные дебри «живого» времени была бы неполной, если бы мы не вспомнили о братьях наших меньших. Действительно, в биологии даже существует раздел зоопсихологии, занимающийся «умственной» деятельностью животных, и зоопсихологи давно уже говорят о различном восприятии времени у различных животных.
Наверное, в «психическом» времени содержится еще много удивительных эффектов, и может быть, психологи даже когда-нибудь научатся «растягивать» его и «сжимать», но к настоящему физическому времени это, увы, не имеет ни малейшего отношения. А наш рассказ посвящен именно объективному времени, существующему совершенно независимо от того, есть ли осознающий его разум во Вселенной или нет.
Среди сотни научно-фантастических фильмов, рассказывающих о путешествиях в прошлое и будущее, выделяется несколько блокбастеров. Это прежде всего вышедшие три десятилетия назад «Терминатор», «Назад в будущее» и более современные «Петля времени» с «Патрулем времени». Особенно выделяется сюжет австралийского фильма, в котором главный герой Итана Хоука, как «вневременной полицейский» отправляется в прошлое, чтобы предотвратить преступления, которые, оказывается, он сам и совершил, запутавшись в «узлах времени».
В роли таинственного временного агрегата на экране можно встретить и полицейскую будку («Доктор Кто»), и переоборудованный спортивный автомобиль («Назад в будущее»), и некий энергетический шар («Терминатор»), и механизм, заключенный в скрипичный футляр («Патруль времени»). А чаще всего писатели и сценаристы, не мудрствуя лукаво, просто снабжают своих персонажей неким прибором, заключенным в наручные часы.
Головокружительные перипетии подобных «полетов во вчера и завтра» полностью противоречат здравому смыслу, что выяснилось еще при появлении уэллсовской «Машины времени», которая также выдержала несколько экранизаций. К примеру, создатель «машины времени» вполне может «улететь в прошлое» и уничтожить свой аппарат. А как же тогда объяснить сам факт «прыжка во вчерашний день»? Кроме того, появляется множество исторических парадоксов. Скажем, стоит помешать карьере одного амбициозного артиллерийского офицера – и мы никогда не узнаем об эпохе наполеоновских войн.
Для тех же, кто считает, что будет очень аккуратным «хрононавтом», существует «эффект бабочки» из рассказа Рэя Брэдбери «И грянул гром». Там герои отправляются в доисторические времена, осторожно передвигаясь по «антигравитационной» дорожке, но один из путешественников все же случайно наступает на бабочку. Раскручивается пружина причин и следствий, и вот герои возвращаются в иной мир – от правописания слов до исхода выборов.
Рассказ Брэдбери часто цитируется в теории хаоса, где мельчайшие изменения среды могут иметь непредсказуемые последствия. Это, конечно, еще одно серьезное возражение для путешествий в прошлое без риска ненамеренно изменить ход истории.
Многие темы в современной научной фантастике выглядят только на первый взгляд невероятными. Так, искусственный интеллект, превосходящий человека, может появиться уже в первой половине нашего столетия, а межзвездные полеты и встреча с внеземным разумом вполне возможны в конце века. А вот путешествия в прошлое полностью противоречат общепринятым научным представлениям. Дело в том, что физики называют «схемой линейного времени».
Согласно этой модели, нашим миром управляет принцип причинности, согласно которому причина раз и навсегда предшествует следствию. Если бы путешественник во времени изменил как-то прошлое, то это фундаментальный принцип был бы нарушен, и нашу окружающую реальность стали бы сокрушительно изменять всяческие логические причинно-следственные парадоксы. Причем выглядели бы они намного страшнее, чем в голливудских фильмах-катастрофах. Фактически в «квантовый миг» прибытия машины времени в прошлое наша Вселенная исчезла бы, и на ее месте появилось бы что-то трудно вообразимое.
Впрочем, современная наука также содержит определенную долю «физико-математической фантастики», допуская те же «квантовые скачки в пространстве – времени».

Комментарии закрыты.